borismilgram

После Эдинбурга –  поехали в Глазго. Глазго – один из первых городов, вошедших в программу «Культурная столица Европы».  Этим он нам и был интересен.
Глазго – город уникальный, есть что-то общее у него с судьбой Перми.
В 17-18 веках город был табачной столицей Европы: через него торговали с Америками табаком. Тогда Глазго был крупным, отстроенным, сытым, богатым городом. Но с табаком все однажды закончилось в силу ряда экономических причин.
В конце 19 века Глазго стал центром судостроения. Уже в первой половине 20 века  здесь производилась одна треть всего мирового количества кораблей.  Но и эта промышленность после Второй мировой войны рухнула. В городе, где работало 42 судостроительные верви, сегодня работает  2.
В 1950-1970-е годы Глазго был, как наш Кизел. Там все умирало. Люди жили на дотации, спивались…  В конце 1980-х годов администрацией города был разработан план по «спасению Глазго». В 1991-ом году город  вошел в программу «Культурная столица Европы». Сделав ставку на креативные технологии и туризм, Глазго добился успехов, которым можно позавидовать.
( Read more... )
( Read more... )

В августовском Эдинбурге проходит еще один поразительный фестиваль – КНИЖНЫЙ.
Я был сильно рад такому морфологическому параллелизму: на «Белых ночах» у нас также  была Книжная ярмарка. Она длилась три дня. Приезжали книжные издательства, и была встреча с писателями. Всего одна встреча, но при большом стечении народа. Очевидно, что интерес в Перми к подобным программам есть.
Что делают в Эдинбурге?  Их книжный фестиваль идет три недели. Каждый фестивальный день начинается в 12 часов  утра и заканчивается в 12 часов ночи. Специально для его событий выстроены магазины,  кафе, какие-то площадки…
В этом году на Эдинбургский международный  книжный фестиваль пригласили около  700 авторов со всего мира. Здесь гордятся, что гонорары за выступления –  независимо от степени известности –все писатели получают одинаковые. В программе много встреч с авторами, на которых они либо читают свои произведения, либо общаются с публикой, отвечая на вопросы читателей. 
И есть такое шоу:  известные телеведущие,  деятели искусства, представители власти  берут на публике интервью у какого-нибудь автора. О таком своем опыте мне с восторгом рассказывала Министр культуры Шотландии. Интерес к подобным диалогам невероятный: попасть на встречи трудно, билеты раскупаются заранее, а билеты – дорогие.  Эдинбургский книжный фестиваль не только самоокупается, он зарабатывает деньги. 
Весь август город переполнен событиями.  Есть, куда пойти, что посмотреть. И это не только вечером –  в течение всего дня. Мне было интересно, как в Эдинбурге выстраивают свою фестивальную историю.  И любопытство мое было удовлетворено. 
( Read more... )

Итак, фестиваль «Фриндж». Он возник в пику официальной программе и стал традицией.  Если на главный Эдинбургский фестиваль коллективы отбираются заранее, им высылаются приглашения, оплачивается дорога, проживание, гонорары и прочее,  то стать участником «Фринджа» могут все желающие. Ограничений нет.
Коллективы, не укладывающиеся в рамки общей фестивальной идеи – нетрадиционные, экспериментальные или просто неприглашенные, приезжают на  «Фриндж» за свои деньги. Они имеют  возможность показать себя, продать свою работу. «Фриндж» фестиваль продает их.  Взяв на себя все организационные моменты,  «Фриндж» гарантирует этим коллективам, что их спектакли увидят продюсеры, руководители  других фестивалей, театральные менеджеры из Великобритании, со всего мира…
Мы захотели приехать, и «Фриндж» вместе с Британским советом помогли нам в этом: предоставили переводчика, транспорт, билеты на спектакли, пригласительные на все приемы, тусовки… Был у нас интерес встретиться с руководителями всех фестивалей –  нам устроили эту встречу.  Дирекция «Фринджа» работает на то, чтобы творческие люди, заинтересованные в каких-то профессиональных контактах, встретились с нужными им людьми и договорились.
 
Что-то в этом духе мы пытаемся делать на «Живой Перми». Тот же принцип.
 
( Read more... )

В августе мы – представители города, нашего фестивального комитета –  были  в Эдинбурге. Поехали туда, чтобы понять, как устроена жизнь Эдинбургского фестиваля. Это была главная задача. 
Я неплохо знаком с фестивалем в Авиньоне. Авиньон - французская театральная Мекка.
Каждый год  в июле этот старинный и красивый город, обнесенный  настоящими средневековыми стенами,  отдается театру  во  всех его проявлениях: от уличной самодеятельности до спектаклей, поставленных самыми знаменитыми режиссерами. Предпочтение, надо сказать, имеет драматический театр. За зубчатыми стенами, воздвигнутыми в 14 веке,  почти месяц кипит большая жизнь. Фестиваль привлекает своими событиями не только массу театральных критиков, продюсеров, драматургов, актеров, но  толпы и толпы  невероятно жадной  до театра публики

Я понимал,  что Эдинбург больше компактного Авиньона, там нет такого уютного «пятачка». И  Эдинбургский фестиваль должен быть шире, масштабнее Авиньонского –  по территории,  по смыслу. Как оно все там происходит?  

( Read more... )

В Москве встретился со своим другом драматургом Александром Марданем. Он сказал, что был приглашен на форум СТД. Спросил: «А тебя приглашали?». Нет, меня не приглашали. Я даже не знал об этом форуме.  И тогда Александр  рассказал, что на форуме, обвиняя меня и Гельмана во всех бедах,  выступала  какая-то женщина из  Пермского ТЮЗа. Она  заявила с трибуны форума, что никакой столицы в Перми нет, что все это выдумки, что ничего у нас в городе не происходит…  

Кто эта женщина из ТЮЗа? Я не представляю. Ну заявила она свое мнение и заявила. Каждый волен понимать происходящее в силу своего разумения.  Дело в другом. Хорошо,  пусть у нас  нет столицы. Но, может быть, поверить и сделать?  Может быть, захотеть, чтобы была столица? Если ты человек театра (женщина из ТЮЗа!) то, может быть, захотеть, чтобы жизнь вокруг тебя как-то изменилась?..

На  конференции Пермского отделения Союза театральных деятелей я обещал, что опубликую данные о том,  как менялось финансирование театров Перми в течение последних  пяти лет. Данные эти частично уже ко мне поступили.  Я точно их опубликую. Опубликую всё, чтобы театры, актеры, общественность увидели  динамику перемен.

 

( Read more... )

 

29 апреля был в Твери. Там открывали Центр современного искусства «Тверца». «Тверца» открылась  в бывшем здании речного  вокзала.
Таким образом,  наша история через два с половиной года аукнулась в городе на Волге.
Речной вокзал в Твери меньше, чем наш, он совсем другой, но совершенно невероятный по своему пространству и архитектуре. Понравился мне и сам город. И место, где открылся Центр современного искусства, совершенно уникально. Но, как у нас водится, все сильно запущено.
На Тверском речном вокзале жизни не было много-много лет. Когда-то в здании велась бойкая торговля. Последнее время вокзал стоял тупо заколоченным. К открытию музея его реанимировали. Открылся  Центр современного искусства проектом Андрея Блохина и Георгия Кузнецова «RECYCLE».  Параллельно с арт-объектами краснодарских художников  в боковых помещениях вокзала начали  работать площадки фестиваля «Верь в Тверь».  Это что-то типа  нашей «Живой Перми»: много выставок, перформансов, круглых столов, мастер-классов, кинопоказов, концертов…

( Read more... )

 

 

 

Закончился VI экономический форум. Он шел всего три дня, но впечатление такое, что за это время преодолена дистанция огромного размера.  На форуме была работа – серьезная, интересная. Она приносила большое удовлетворение и … любопытство.  Любопытство к людям, которые приехали, и мыслям, которые они с собой привезли. Но более к тому, что происходит и может происходить в Перми под знаком нового позиционирования.
Надо сказать, что впервые форум в полном объеме был подготовлен не краевой администрацией, а приглашенной командой. Эта команда все взяла на себя, включая идеологию. Работа форума концентрировалась на проблемах страны: анализ предыдущих десятилетий и прогнозирование следующего этапа.

( Read more... )

 

 

 

Меня пригласили на комитет городской Думы. Встреча была обусловлена необходимостью обсудить с депутатами выделение средств на проект «Белые ночи».
И так получилось, что мой вопрос рассматривался не в самом начале работы комитета.
Мое присутствие на заседании затянулось на полтора часа. В результате я не успел на Пасхальный концерт в опере, который очень хотел послушать.  Но, честно говоря, то, свидетелем чего я стал, мне понравилось.  Атмосфера на комитете была конфликтной, но конструктивной. Депутаты защищали интересы своих избирателей (это было видно!), но при этом они  понимали, что на них лежит ответственность за решение каких-то задач. Не было ни абсолютного нигилизма, ни тотальной конфронтации. Была попытка высказаться самому, выслушать других, найти консенсус по существенным вопросам,  прийти к оптимальному решению...
Впечатления  от работы комитета городской Думы у меня остались самые позитивные.

В эту субботу в театре оперы и балета была вечеринка с особой (пряной) клубной атмосферой. Собрались артисты, музыканты, люди театра, гости. И я там был. Звучала музыка, стихи…
Такие встречи не есть нечто невиданное для оперного, периодически они там происходят.
Мне очень понравился дух вечера. Более того, я  позавидовал традиции, в хорошем смысле этого слова. Когда-то мне хотелось сделать что-то подобное в театре, который я возглавлял, но не сложилось.
На такие вечера приходят не столько для того, чтобы пообщаться и выпить вина (хотя в субботу  в опере можно было и пообщаться и выпить  вина), сколько для того, чтобы приобщиться к творчеству, включиться в его процесс. Наверное, музыкантов вовлечь в такую вольную творческую импровизацию проще. Музыкант взял инструмент, ноты, и понеслось…  Но и у артистов драмы есть масса способов для самовыражения.
Мне жаль, что я этого не сделал в своем театре. Попытка была ( скорее внутреннего, чем внешнего свойства):  попытка почитать текст своей  клубной публике, вызвать на разговор… И все получилось, но тему почему-то мы дальше развивать не стали.
Когда в Театре-Театре появится новый художественный руководитель, то, я думаю, было бы здорово, чтобы он запустил в жизнь такой формат.

 «Золотую маску» не взяли. Есть спектакли лучше. Даже не хочется к этому добавить: обидно. Нет, не обидно. Факт. Но это не останавливает нашу работу.

 
Теодора Курентзиса поздравляю с «Золотой маской»! Опера «Воццек» Альбана Берга. Курентзис – лучший оперный дирижер. «Воццек» в постановке Большого взял наибольшее количество «Масок» в своем жанре: лучший оперный режиссер, лучший оперный дирижер, лучший художник по свету.
Я много видел хороших спектаклей за последние годы, и это один из лучших. 
Награда нашла достойных.  Я рад.